Поезд Льва Толстого в Рязанской губернии

Аватар пользователя admin
Версия для печатиВерсия для печати

Станция Астапово-узловая Рязано-Уральской ж.д.

1.

Рязанский губернатор князь Оболенский несколько дней, вплоть до 7 ноября 1910 года вынужденно пребывая на железнодорожной станции Астапово, Данковского уезда, что расположена в южной стороне Рязанской губернии (после 1937 г. Липецкой обл.) смог написать, наконец, в Санкт-Петербург товарищу (заместителю) министра внутренних дел генералу Курлову успокоительную телеграмму:

«Шесть часов утра граф Толстой скончался без покаяния. Тело отправляют завтра днём особым поездом предоставляемым начальником дорог до станции Засеки Московско-Курской через Горбачево. Прибытие Засеку утром оттуда Ясной Поляны три версты. Семейству известно распоряжение синода лишении покойного церковного погребения.

Сыновья заявляют будут всячески противодействовать демонстрациям. Если сюда будут прибывать депутации или отдельные почитатели мною будут осматриваться венки и отбираться ленты неподходящими надписями. Никаких проявлений интереса стороны местного населения не будет.

Если почитатели из Москвы не возьмут особого поезда они могут прибыть завтра утром. Тульскому губернатору Харламовым сообщено о вызове опытных чинов московской полиции для цензуры речей. Губернатор князь Оболенский».

В продолжении всей достопамятной недели с 31 октября по 7 ноября, пока всемирно известный писатель Лев Николаевич Толстой доживал отпущенные Богом дни на рязанской земле, губернатор Оболенский отправил дюжину телеграмм по поводу церковно-опального, а посему неудобного и властям писателя в разные концы высшим и низшим инстанциям, и сам получил от них посланий не менее.

Шум публицистов в русской и заграничной прессе по поводу умирающего в захолустье на станционных задворках литературного гиганта Льва Толстого, отлучённого Синодом ещё в 1901 году от Православной церкви за то, что «дерзко восстал на Господа и Христа его» вызвал особенную тревогу в высших сферах правительства, среди членов Синода. И было отчего.

Имя писателя, мыслителя и наиболее серьёзного в то время критика общественного и политического устройства Российской империи достигло к 1910 году апогея популярности и славы. Авторитет «Толстого-правдоискателя» был огромен в самых широких слоях населения, хотя многие в тех же кругах справедливо не разделяли толстовского толкования христианства, его воззрения на основы человеческого бытия.

2.

Вечером 31 октября 1910 года в комнате, служившей гостиной начальнику станции Астапово, Толстой сидел в шубе на стуле возле пружинной кровати, поставленной для него у стены и держал в руке свою палку. Его колотил озноб. Когда постель была приготовлена, ему предложили раздеться и лечь, но он отказывался, говоря, что не может лечь, пока всё не будет приготовлено для ночлега «как всегда».

Лев Толстой, желая того или нет, до последних минут жизни оставался барином. Его демонстративное хождение в своё время в мужицких одеждах, в лаптях или босым за сохою и лошадью на пахоте, его громогласная литературная критика существующего строя не изменили, однако, этой барской сущности с детских лет сидевшей в нём самом. Такова уж природа богатых демократов. Потому, на уговоры лечь Толстой упрямо возражал: - Я не могу ещё лечь, сделайте так, как всегда. Поставьте ночной столик у постели, стул...

Кроме того на ночном столике должна была быть свеча, спички, фонарик, положена его записная книжка и разложено всё другое к чему он привык дома в Ясной Поляне. Только когда по возможности, всё было сделано, его снова стали просить лечь.

Лев Николаевич спал очень плохо. Обрывки прожитого разрозненными картинами возникали в его сознании. Он часто просыпался, снова беспокойно забывался во сне. Вдруг оказывался в популярном салоне князей Одоевских в Москве, многие годы игравшего роль умственного московского центра.

В уютном кабинете князей Одоевских некогда оживлённо беседовали и Пушкин, и Тютчев, и Глинка, и Берлиоз. Бывали на вечерах у князей Одоевских и великие князья. Для всех гостей приём был простой и дружески-непринуждённый.

Толстой бывал у Одоевских запросто и особенно часто в 1860-х годах, интересуясь высокопоставленными приятельницами княгини Одоевской, снабжавшими молодого ещё писателя материалом из великосветской жизни для его романа о 1812 годе. Те же, находили Толстого «диким и нелюдимым». Лев Николаевич в те годы просиживал в своём московском доме за работой, окружённый старинными рукописями и книгами, писал главный роман своей жизни «Войну и мир», сделавший ему мировую известность.

Картины яснополянской ружейной верховой охоты с гончими собаками сменяли предыдущие видения Толстого - страстного охотника. Графиня Софья Андреевна с детьми наблюдали охоту его и приглашённых соседей-помещиков со стороны, поместившись на линейке. Всадники стремительно носились верхами на лошадях с собаками и длинными арапниками в руках по оврагам и рытвинам, представляя собою своеобразно-красивую группу, от которой веяло, однако, отжившим средневековьем.

И Толстой сросся со своим конём, несся со всеми, вращая в воздухе извивающимся арапником... В Толстом крепко сидел русский барин со всеми родовыми наклонностями...

Вот другие лица ... нищие крестьянские дети из убогих изб его поместья. Устроенная им Яснополянская школа, куда они ходили, в сущности была данью угрызениям его барской совести. Он устроил её начитавшись немца Ауэрбаха о пользе народного просвещения. Впрочем, к школе он быстро охладел, как и к другим своим благим начинаниям после крестьянской реформы Царя-Освободителя Александра II 1861-1867 годов.

3.

В Рязанской губернии в Данковском уезде, где Толстой оказался теперь (а также в соседнем Епифанском уезде), приходилось бывать Толстому ещё в 1891 году.

Тогда Толстой жил в деревне Бегичевка, Данковского уезда в имении И.И.Раевского и помогал своими средствами и продуктами облегчить голод местным крестьянам после неурожайных 1990 - 1991 годов.

Станция Астапово Рязано-Уральской железной дороги, находилась в 1910 году в пределах Рязанской губернии, была важной узловой. От станции шли четыре линии: одна на город Раненбург (Липецк), другая на Троекурово, откуда шёл путь к Павелецкой железной дороге; третья - на город Елец и четвёртая -на Волово Курской железной дороги.

«Уход» знаменитый из родового имения Ясной Поляны 82-летнего старца Льва Толстого 28 октября 1910 года на самом деле был вполне осознанным барским его отъездом в просторной лошадной бричке, забитой упакованными чемоданами с бельём, одеждами, постельными принадлежностями и корзинами с провизией и прочим, причём ехал он в сопровождении младшей дочери Александры Львовны, врача Душана Петровича Маковицкого и служанки Варвары Михайловны Феокритовой. Болеть по дороге задуманного вояжа не входило, разумеется, в планы Толстого.

Куда «шёл» Толстой? С момента его выезда за ним следили четыре корреспондента и два сыщика. Было установлено, что Толстой выехал, взяв билет до станции Горбачево, причём интересовался, что ближе от Засеки - Козельск или Сухиничи? Далее 31 октября 1910 года выяснилось, что Толстой проследовал обратно на Горбачево и поехал на восток, взяв билеты до Волово, а в Волове - до Ростова-на-Дону.

Следуя по этому маршруту Толстой, внезапно заболев, высадился на узловой станции Астапово со своими спутниками. На всех станциях, а равно и в Астапове всем было известно, что в числе пассажиров поезда № 12, в накуренном вагоне второго класса находится тот самый Лев Толстой.

Причиной высадки с поезда в Астапово послужил всё усиливавшийся жар у Толстого. Чай и красное вино не помогли. Сопровождавшие писателя дочь Александра Львовна и врач Душан Петрович обратились к начальнику станции И.И.Озолину с просьбой дать помещение для больного Толстого и тот согласился. Толстого вывели из вагона под руки.

Весь день 1 ноября 1910 года Толстой лежал в постели, через силу диктовал свои мысли, писал дневник, слушал чтение. К вечеру температура поднялась до 39,1 градусов. Лев Николаевич жаловался на боль в левом боку при дыхании, кашлял. Пульс был свыше 100 ударов в минуту с перебоями. Было предположено воспаление лёгких. Толстого осматривали местные врачи Статковский, Семёновский, а затем Беркенгейм, Никитин.

Ввиду ухудшения положения больного был вызван в Астапово В.Г.Чертков, прибывший 2 ноября. В ночь под 3 ноября прибыла в Астапово семья Толстого. Вызваны были московские врачи-специалисты Щуровский и Усов. Прибыв 5 ноября, они нашли положение Толстого безнадежным, его кончины стали ждать с часу на час.

4

Пребывание Толстого на станции Астапово совпало со временем усиленного движения через эту станцию воинских поездов с запасными нижними чинами, а также с движением новобранцев, которых всегда сопровождали их родные и знакомые.

Трагическая остановка опального Л.Н.Толстого в С.М.Лукьянова. Некоторые из присутствовавших высказывались за необходимость и своевременность снятия отлучения от Православной церкви с Толстого,
Однако в самом Синоде не было заметно стремления пойти лежавшему на смертном одре Толстому навстречу. Правительство же гражданское Столыпина старалось настоять на своём, указывая при этом, что акт снятия отлучения необходим не столько для Толстого, сколько для всей России: как никак, хотя Толстой и «отступник» от христианской веры, но великий писатель.

Усадьба Ясная поляна
Усадьба Ясная поляна

В Астапове по сему 4 - 6 ноября 1910 года была сделана последняя попытка центрального духовного начальства на примирение с Толстым через командированного для того старца Оптиной пустыни Иосифа, которого Лев Толстой знал лично.

Старец Иосиф оказался так слаб, что не мог сразу выехать в Астапово лично. За его подписью была послана Толстому телеграмма, где немощный Иосиф спрашивал, может ли он надеяться 5 ноября вечером видеться с Толстым?

Телеграмма передана была дочери Толстого Александре Львовне, от которой и последовал ответ, что состояние здоровья Льва Николаевича ныне таково, что не позволяет ему видеться ни с кем. Тем не менее в Астапово вместо Иосифа прибыл из Оптиной пустыни игумен Варсонофий.

Сам рязанский губернатор князь Оболенский, будучи в Астапово, беседовал с семьёй Толстого (с женой Софьей Андреевной и сыном Андреем) о допущении игумена Варсонофия на приём к Толстому, но переговоры эти ни к чему не привели. Противницей выступила дочь Толстого Александра Львовна.
Более того, 7 ноября 1910 года, в самый день кончины Толстого, на станцию Астапово прибыл епископ тульский Парфений с помощником монахом, командированный Синодом из Санкт-Петербурга по личному желанию Государя Николая II.

Государь пожелал узнать, «не было ли за время пребывания Толстого в Астапове каких-либо обстоятельств, указывающих на желание покойного графа Толстого раскаяться в своих заблуждениях, или, быть может, имеются какие-либо намёки на то, что Толстой не был против погребения его по православному обряду».

Епископу Парфению указали обговорить этот вопрос с сыном Льва Николаевича - Андреем. Беседа продолжалась всего минут десять, из коей Парфений пришёл к убеждению, что не имеется никаких оснований считать усопшего графа искавшим примирения с церковью и желавшего предания земле по православному обряду. Об этом он, уехав, доложил Синоду. Местным духовенством молебен над богоотступником также не был совершён.

В тот же день 7 ноября 1910 года Рязанский Губернатор направил короткую телеграмму в Санк-Петер-бург статс-секретарю правительства государя Николая II Столыпину: «Граф Толстой сегодня шесть утра скончался. Губернатор князь Оболенский». Недельная «Толстовская эпопея» на Рязанской земле закончилась.

Порядок за всё время пребывания живого Толстого на станции Астапово и усопшего нарушен не был. Среди местных крестьян, приезжавших по своим делам на станцию Астапово, никто не имел понятия «что такое Толстой»? А те кто слышал раньше эту фамилию, на вопрос чем он прославился, почесав затылок, обыкновенно отвечали: «А бог его знает». Особых мер для поддержания порядка не потребовалось.

Опасения властей о подлинном влиянии старца Толстого на умы населения ни в Астапово, ни где бы то нибыло оказались преувеличены.

Вместе с Толстым ушла целая эпоха, в которой соединились воедино горечь поражения в Крымской войне, трудное утверждение России на Кавказе, прогрессивные рефомы Царя-Освободителя крестьян Александра II, террористические акты революционеров, натиск капитализма и отмирание крестьянской общины. В это время жил Л.Н.Толстой, искал смысл жизни и по своему болел за судьбу Родины.

Нам же, потомкам, благодаря неординарному «Астаповскому событию», остались подлинные документы о пребывании русского писателя Л.Н.Толстого и о его последних днях на рязанской земле осенью 1910 года.

Октябрь. 2006г.

Источник: Николай Аграмаков. Билет в прошлое. Тайны губернской Рязани.

Метки: Разделы: 


Комментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи!

Интересное

Вход на сайт

Разделы

Альбомы

Гаврилов Посад
03.11.2014
Валерий
Старые фотографии Тулы
14.11.2013
admin
Старые фото Тобольска
13.04.2012
писарь

Очепятка?

Выделите ее мышкой и нажмите:

Система Orphus

Опрос

Нужен ли, на ваш взгляд, общероссийский краеведческий сайт?:

Реклама